От Статута королевы Анны до цифровых сделок с правами
РЦИС провел вебинар о защите интеллектуальной собственности и управлении правами на результаты творческой деятельности
Доцент учрежденного РЦИС Научно-образовательного центра интеллектуальной собственности и цифровой экономики Digital IP, заместитель генерального директора ООО «Правовое бюро «Омега» Константин Леонтьев провел для слушателей из 15 российских регионов вебинар «Управление и защита интеллектуальной собственности». Мероприятие состоялось в рамках просветительского проекта РЦИС «Оборот прав России».
Людям хотелось бы охранять все ценное, что они создают, однако не все из создаваемого ими материально. Охранять идеи сложно ввиду отсутствия ясных критериев. Поэтому и был избран подход, при котором под защитой закона оказываются результаты интеллектуальной деятельности, созданные творческим трудом человека и выраженные в объективной форме.
Едва ли не самые заметные из таких охраняемых объектов — произведения: романы, монографии, картины, симфонии. Со времен Статута королевы Анны и первых композиторских обществ авторы располагают исключительным правом на свои произведения, могут разрешать или запрещать их использование и зарабатывать на этом. Еще один вид объектов — исполнения. Особенность объекта в том, что, сколько раз бы ни исполнялось произведение, исполнение всегда будет новым. Особое значение исполнения приобрели с появлением звукозаписи, а значит, еще одного объекта, связанного с музыкой, — фонограмм.
Отдельную отрасль составляет право патентное. Как отметил Константин Леонтьев, охраняет оно не форму, а содержание: «Можно скопировать материалы из патентной заявки, но нельзя воспроизвести само устройство или способ в его существенных чертах. Стилизация произведения дизайна вполне возможна, и суд может встать на сторону подражателя, а вот воспроизведение промышленного образца, то есть всех важных особенностей внешнего вида изделия, порождающих схожее зрительное впечатление, недопустимо».
Отдельная категория — средства индивидуализации, которые могут не представлять собой результатов интеллектуальной деятельности, однако охраняются по той же модели. Товарный знак может быть не только словесным или визуальным, но и звуковым — как рычание льва на заставке MGM — и даже обонятельным, как запах свежескошенной травы у теннисного мячика Senta Aromatic.
Важно понимать нюансы правовой охраны разных объектов. Так, произведения и приравненные к ним базы данных и компьютерные программы находятся под охраной авторского права с момента создания. Бернская конвенция отдельно оговаривает, что возникновение авторского права не может быть связано с какими-либо формальными процедурами. Тем не менее, для того чтобы заручиться доказательством авторства на случай судебного спора, очень разумно сразу же депонировать произведение, то есть зафиксировать факт обладания объектом на определенную дату. Проще всего это сделать с помощью одного из сервисов общественно-государственной блокчейн-инфраструктуры — Сети РЦИС.РФ.
Иначе обстоят дела с патентным правом, которое возникает только в силу государственной регистрации. Для того чтобы получить патент на изобретение, полезную модель или промышленный образец, необходимо доказать, что решение удовлетворяет критериям патентоспособности, например ново и оригинально в случае промобразца или ново, промышленно применимо и неочевидно из существующего уровня техники в случае изобретения. «“Изобретательский уровень”, то, что отличает изобретение от полезной модели в разных странах, трактуется по-разному. Роспатент строг, и активно отсеивает заявки, инженеры в ответ намеренно усложняют формулы, в итоге сужая объем охраны. В США практикуется более либеральный подход, когда объектом патентной охраны может стать даже двойной щелчок мыши, а споры между технологическими гигантами проходят уже в судах», — заметил Константин Леонтьев.
Точно так же в силу регистрации охраняются товарные знаки и иные средства индивидуализации. Важно, чтобы у обозначения была различительная способность и чтобы знак не был схож до степени смешения с другими, особенно в тех же группах товаров и услуг. «Обозначение может включать и объекты авторского права, если имеется соответствующий договор с правообладателем, как, например, у продукции “Простоквашино”. Такой товарный знак сложнее оспорить», — отметил Константин Леонтьев.
Наконец, охрана может возникать в силу сохранения результата интеллектуальной деятельности в тайне. Речь идет о секретах производства или ноу-хау, которые могут выступать в качестве объекта интеллектуальных прав ровно до тех пор, пока правообладатель предпринимает необходимые действия для обеспечения режима секретности. В случае утечки данных объект перестает охраняться. Ноу-хау хорошая альтернатива патенту, потому что имеет бессрочный характер и не требует раскрытия. Такой способ охраны подходит для решений, которые не получится воспроизвести простым реинжинирингом.
Обычно разные режимы охраны комбинируют, формируя целые портфели нематериальных активов, включающие товарные знаки, авторские права, секреты производства — там, где нарушение все равно не удастся зафиксировать, и патенты — там, где рынок контролировать можно.
Константин Леонтьев также коснулся проблематики соавторства и совместного правообладания: «Известно, что Пушкин подкинул Гоголю и идею “Ревизора”, и идею “Мертвых душ”, однако соавтором его считать нельзя как раз потому, что идеи сами по себе не охраняются. Для того чтобы претендовать на соавторство, Пушкину следовало бы зафиксировать все свои предложения в синопсисе и депонировать данный документ».
Совместное творчество может быть делимым, как у поэтов и композиторов, вместе пишущих песни, и неделимым, как, например, у Ильфа и Петрова или братьев Стругацких. Распоряжаться правами соавторы могут только вместе, необходимо согласие обоих.
Совместное правообладание куда более проблематично. Дело в том, что в российском правопорядке исключительное право единое и неделимое. Оно может принадлежать несколькими людям, например наследникам, но выделить в нем доли нельзя. Иначе говоря, тот же наследник обладает долей в наследстве, но не долей в исключительном праве. Пока что один из немногих способов урегулировать эти отношения — внести исключительное право в капитал хозяйственного общества и разделить доли в этой компании. Попытки решить проблему законодательно предпринимаются давно, но пока безуспешно.
В заключение вебинара Константин Леонтьев коснулся стратегий и инструментов управления интеллектуальной собственностью: выбора оптимального режима охраны в разных индустриях, совмещения разных объектов охраны в одной сущности (например, в музыкальном треке сочетаются права на исполнение, произведение и фонограмму), заключения договоров отчуждения исключительного права и лицензионного договора. «Помимо срока, территории, вида использования лицензионный договор обязательно должен включать пункт о вознаграждении либо его отсутствии. В противном случае он считается не заключенным. А незаключенный договор означает одновременно незаконное использование и невозможность истребовать вознаграждение», — отметил юрист.
О современных инструментах управления интеллектуальными правами в цифровой среде рассказала гендиректор сервиса общественно-государственной блокчейн-инфраструктуры РЦИС.РФ IPEX Дарья Воинова: «IPEХ — это платформа, на которой правообладатели и пользователи контента могут встретиться без посредников, договориться об условиях сделки и заключить лицензионный договор за несколько минут. На площадке уже представлено 38 262 фонограммы, 18 344 видео 14 159 фото, а также технические и дизайнерские решения, конструкторская документация и целые портфели нематериальных активов, которые можно использовать в бизнесе».
Конструктор договоров, реализованный на IPEX, создан лучшими юристами по интеллектуальным правам. Пользователю и правообладателю достаточно договориться о существенных условиях сделки, и документ будет сгенерирован автоматически. При этом данные об объектах и сделках с ними записываются в общественно-государственной блокчейн-инфраструктуре — Сети РЦИС.РФ, откуда их невозможно удалить. Это делает работу на платформе не только удобной, но и безопасной.
Сегодня на платформе уже 59 296 пользователей. Среди клиентов — ТАСС, лейблы «Союз» и «Первое музыкальное». Именно здесь приобретались лицензии на музыку для сериалов «Дылды» и «Слова пацана».
По словам Дарьи Воиновой, важное преимущество платформы в том, что она позволяет наглядно подтвердить не только наличие креативного продукта, но и его привлекательность для рынка. Это полезно в том числе субъектам креативных индустрий, претендующим на государственную поддержку.
