Глава РЦИС: Знания – капитал экономики
Андрей Кричевский – о том, почему стоит инвестировать в развитие компетенций в области интеллектуальной собственности
Председатель Российского центра оборота прав на результаты творческой деятельности (РЦИС) Андрей Кричевский на полях Петербургского международного юридического форума, который проходил 24–26 июня в Санкт-Петербурге, рассказал в интервью ТАСС, как знания и интеллектуальные права объединяются в новом федеральном проекте «Оборот прав России», уже охватившем более 50 российских регионов.
– РЦИС изначально воспринимался как высокотехнологичный игрок на рынке интеллектуальной собственности, задающий темп цифровой трансформации в этой сфере. Нет ли противоречия в том, что сегодня Центр явно делает акцент на просветительских проектах? Обращение к формированию системы специальных знаний у широкой аудитории – это вынужденный ликбез, промежуточная кратковременная задача или долгосрочная стратегия?
Никакого противоречия нет. Это стратегия – точнее, ее неотъемлемая часть. Просвещением РЦИС занимается со дня основания, просто проекты со временем взрослеют и становятся заметнее. Указ президента о создании нашей организации прямо говорит о просветительской деятельности в области защиты прав на результаты творческой деятельности, в том числе в научно-технической сфере как одном из направлений работы. Устав РЦИС, утвержденный правительством, закрепляет ту же логику: просвещение как средство стимулирования науки и предпринимательства, создания условий для самореализации граждан.
Сегодня знания – капитал экономики. Если хотите, есть простая формула: интеллектуальная собственность – это единственный инструмент трансфера творческого продукта в реальный сектор экономики. Другого пока не придумали. А чтобы этот инструмент работал, им нужно уметь пользоваться. Просвещение – это как раз про умение пользоваться. Оно ускоряет формирование цифрового рынка интеллектуальной собственности и облегчает закономерный переход к экономике знаний.
– То есть это работа впрок, в расчете на далекую перспективу?
Наоборот, это работа на самое ближайшее будущее. Комплекс стратегических документов президента и правительства в области экономического, научно-технического и технологического развития имеет вполне конкретные и близкие сроки исполнения. Указ 2024 года о национальных целях развития до 2030 года и на перспективу до 2036 года, стратегия научно-технологического развития, концепция развития творческих индустрий до 2030 года – все это документы прямого действия, а не декларация о намерениях.
Заметьте: затраты на R&D (англ. research and development - исследования и разработки - прим. ТАСС) к 2030 году должны составить 2% ВВП, что подразумевает удвоение частных инвестиций в НИОКТР (научно-исследовательские, опытно-конструкторские и технологические работы – прим. ТАСС). Целевой показатель креативного бизнеса по той же концепции – 6% ВВП. При этом время здесь – критический показатель. По подсчетам НИУ ВШЭ, только из-за неэффективного управления интеллектуальной собственностью Россия теряет ежегодно 4,8% ВВП. Это не абстракция, это цена бездействия, выраженная в деньгах.
Без компетенций в интеллектуальном праве невозможно говорить ни о технологическом суверенитете, ни об увеличении доли креативного сектора в ВВП. Компетенции нужны всем – ученым, художникам, стартапам, промышленным гигантам. И не в последнюю очередь – самим органам власти. Чтобы существовать в экономике знаний, нужно уметь фиксировать, защищать и коммерциализировать права на свой креативный продукт. А здесь накопилось множество проблем. Мы много ездим по стране, общаемся с региональным инновационным и креативным бизнесом и видим огромный запрос на знания в области управления нематериальными активами. Причина проста: без грамотного подхода риск потерять свою нишу в новой экономике непозволительно велик. Многие, к сожалению, поняли это уже с опозданием и на собственном негативном опыте. На этом опыте, разборе реальных ошибок и примерах грамотных решений мы и выстроили проект «Оборот прав России».
– Каким образом удалось собрать достоверный материал, чтобы определить приоритеты? Ошибками сегодня, кажется, мало кто делится.
Мы запустили проект в 2026 году как давно назревшее решение. РЦИС постоянно держит руку на пульсе сферы интеллектуальной собственности: мы плотно взаимодействуем с ее участниками, слышим их боли, фиксируем потребности, предлагаем решения. За плечами – колоссальная база знаний, в основе которой многолетняя практика, работа «в полях». Но чтобы программа «Оборот прав России» отвечала всем реальным потребностям аудитории, была максимально актуальной и прикладной, мы направили письма высшим должностным лицам во всех российских регионах.
Здесь стоит отдельно отметить: главы регионов отнеслись к программе очень внимательно и активно ее поддержали. От них мы получили перечень первостепенных потребностей бизнеса, научных учреждений, музеев, креаторов и самих органов исполнительной власти в освещении вопросов интеллектуальной собственности. В сумме – около 500 конкретных запросов. Это, если угодно, готовая карта болевых точек.
Все это позволило создать проект, который помогает участникам рынка формировать компетенции в работе с интеллектуальной собственностью вне зависимости от ее вида и сложности – будь то изображение, музыка, программный код, 3D-модель или химическая формула. Модель получилась понятная и эффективная: регион или отраслевое сообщество формулирует запрос – РЦИС отвечает релевантным форматом с профильными экспертами.
– По какому принципу вы отбираете синклит спикеров-экспертов?
Прежде всего – из числа авторитетных ученых и преподавателей Научно-образовательного центра интеллектуальной собственности и цифровой экономики Digital IP, учрежденного РЦИС. Это организация дополнительного профессионального образования, имеющая государственную лицензию, и ее преподавательский состав – люди с очень высоким уровнем компетенций. Обязательно привлекаем практиков – представителей узлов общественно-государственной блокчейн-инфраструктуры РЦИС.РФ, юристов и правоведов с внушительным опытом. Лучших из тех, кто есть в этой сфере.
Принципиально важный момент: все вебинары проекта проходят на безвозмездной основе. Доступ к качественным знаниям открыт для всех желающих из всех субъектов РФ. Никакой платы, никаких искусственных барьеров. Это тот случай, когда просвещение должно быть именно бесплатным – иначе оно перестает быть просвещением.
– Уже есть первые оценочные выводы по ходу проекта?
Поток запросов превзошел наши ожидания. В проекте участвует более 50 регионов. Освещено уже 59 тем, связанных с интеллектуальной собственностью. Ссылки на видеозаписи прошедших вебинаров расходятся по всей стране. Статистика отзывов впечатляет. Разумеется, мы коллекционируем не только благодарности, но и предложения новых тем.
Знания по интеллектуальной собственности нужны везде, где генерируется инновационный или креативный продукт: в производстве БПЛА, прикладной науке, IT, кино. У каждой индустрии – своя специфика; интеллектуальное право везде особым образом стыкуется с отраслевым законодательством, институциональным ландшафтом, деловыми обычаями. Все эти нюансы раскрывают наши эксперты, специализирующиеся в самых разных сферах интеллектуального права – от творческой и научной деятельности до промышленной.
– Будет ли открытая отчетность о проделанной работе?
Планируем соответствующий доклад Президенту и Правительству – об актуальном состоянии сферы интеллектуальной собственности, с рекомендациями в адрес профильных ведомств по развитию программ дополнительного образования. Проект не самоценен: он должен давать измеримые управленческие выводы. Иначе это будет не работа, а ее имитация.
– Просвещение, если оно столь привлекательно, не пойдет в ущерб другим уставным целям РЦИС?
Только поможет достижению конкретных результатов. Благодаря просвещению формируется устойчивый оборот прав и – что не менее важно – культура обращения с интеллектуальной собственностью. Близкий вам пример: еще 15 лет назад ряд СМИ искренне не понимали, почему нельзя проиллюстрировать материал фотографией, «взятой из интернета». А в ресторанах и парикмахерских было в порядке вещей включить в коммерческом пространстве музыку без договора с обществами по коллективному управлению правами. Сегодня большинство пользователей креативной продукции понимают: труд автора стоит денег, и есть соответствующие законы, регулирующие и развивающие рынок интеллектуальной собственности. Это и есть результат многолетней просветительской работы. Так что просвещение уставным целям не мешает – оно их обеспечивает.
- Сегодня креативный контент все чаще генерируется искусственным интеллектом (ИИ), который меняет ландшафт целых отраслей…
Меняет – да. Но давайте не обманывать себя: ИИ не создает. Он генерирует. Это принципиальная разница. Творчество – как говорил Бердяев – связано с введением в бытие подлинно нового, с выходом за пределы наличного порядка. А ИИ – это сложная программно-аппаратная система, которая опирается на огромную базу фрагментов чужих произведений и на набор весовых и вероятностных коэффициентов. «Наилучший» результат в его мире определяется числовыми метриками, а не эстетическим суждением. Акт творения – за человеком. Всегда.
Тем не менее ИИ существует и будет существовать только за счет знаний людей, выраженных в охраняемых объектах. И отношения ИИ с авторами – огромная, в том числе правовая, проблема во всем мире. Идут громкие судебные процессы: авторы взыскивают с разработчиков ИИ миллиардные компенсации за использование их контента при обучении нейросетей без разрешения и вознаграждения. Все это происходит потому, что база знаний, на которой обучается любая генеративная модель, – это по факту все созданное человечеством. Другой у нейросети нет и быть не может.
У нас в России, по прогнозу НИУ ВШЭ, авторы в ближайшие пять лет потеряют более триллиона рублей из-за внедрения ИИ в креативные индустрии. Больше всего пострадают те, кто не соприкасается напрямую с потребителем контента: создатели текстов, композиторы. Артистам, которых пока сложно заменить голограммой, повезло чуть больше – но и они ощутят последствия сокращения авторского заказа и вымывания «человеческого» творчества из дистрибуции.
Что делать? Мы в РЦИС убеждены: ситуацию может пусть и не переломить, но хотя бы скорректировать только тот или иной вид компенсационной выплаты в адрес авторов со стороны бенефициаров внедрения ИИ. И это, замечу, не программисты. Это производители аппаратных комплексов – всего того «железа», без которого невозможно ни обучение моделей, ни их эксплуатация. Именно там формируется основная маржа, там же должно формироваться и обязательство перед авторами. Механизмы для этого – лицензии, свободное использование в общественно значимых целях, коллективное управление, компенсационные вознаграждения – давно прописаны в нашем Гражданском кодексе. Осталось указать, какой из них к какой стадии создания и использования ИИ применяется. Уверен, поправки, решающие большую часть проблем ИИ, уместятся на одной странице.
Государство, бизнес и общество должны наконец понять простую вещь: ИИ не создает музыку, тексты и изображения «из ничего». Это переработка результатов чужого труда. И до тех пор, пока у нас остается культура обращения с интеллектуальной собственностью – с уважением к автору, его правам и его труду, – мы остаемся людьми. Как только теряется эта культура, теряется и различие между тем, кто создает, и тем, что только генерирует. А это уже вопрос не отрасли – вопрос цивилизационный.
